Столкновение  - Александра Салиева

Аромат свежесваренного кофе проникает в лёгкие, побуждая проснуться. Открыв глаза, я улыбаюсь, потому что замечаю вырезанную из дерева подставку с двумя чашками горячего напитка и стеклянным стаканом, который украшает пышный бутон белой розы.

— Доброе утро, — шепчу едва слышно охрипшим со сна голосом и всё ещё улыбаюсь, сосредоточившись на мужчине передо мной.

Тимур сидит на полу, согнув одно колено, совсем рядом с краем дивана, на котором я совершенно не помню, как оказалась. Подперев кулаком подбородок, он тоже улыбается, глядя на меня. Судя по всему, уже не первую минуту.

— Доброе утро, соня, — отзывается Смоленский.

На часах, что красуются на его руке, едва доходит половина седьмого, так что вопрос спорный. Но я не возражаю. Приподнимаюсь, подтянув выше простынь, которая сползает с груди, ведь помимо постельной принадлежности на мне ничего нет.

— Это весь наш завтрак? — задаю вопрос, хотя ответ мне не нужен.

Не хочу есть. Несмотря на то, что ужин накануне ни один из нас так и не приготовил. Наш вечер закончился на “совместном принятии душа”, после чего я банально вырубилась без сил.

Тянусь к цветку, аромат которого глубоко вдыхаю, поднеся ближе к лицу.

— Не так давно ты собиралась продемонстрировать свои навыки в готовке, поэтому подумал, что завтрак мы приготовим вместе, — хмыкает беззаботно Тимур.

Всё ещё смотрит на меня. Пристально. Почти изучающе. И, кажется, любуется. Отчего я невольно смущаюсь.

— Хорошо, — мямлю, укутываясь в простынь поплотнее.

Окончательно усевшись, делаю пару глотков кофе. Как и Смоленский. Вот только, в отличие от меня, жидкость в кружке его не особо отвлекает. Он даже кружку берёт, не глядя на неё. Только на меня.

— Что? — не выдерживаю его пытливого взгляда.

На его губах расцветает привычная ухмылка. А мой вопрос остаётся без ответа. Брюнет поднимается на ноги, отставив кружку в сторону. Ещё секунда, и я оказываюсь поднята на руки. Вместе со мной он направляется на кухню. Там Тимур усаживает меня на столешницу. С ней у меня связаны особые воспоминания, так что некоторое время я банально пялюсь на кусок высеченной из мрамора поверхности, не спеша заводить новый разговор, допивая свой кофе, в то время, как мужчина достаёт из холодильника продукты и кухонную утварь.

— Ты так и не сказала ничего определённого про Бурсу, — первым нарушает он обоюдное молчание.

На меня больше не смотрит, достаёт нож и разделочную доску.

— Ты сам сказал, мы можем остаться там, если я захочу. А как я захочу, если ещё не поняла, понравится ли мне там? — интересуюсь встречно.

Поблизости лежат болгарские перцы и я слегка наклоняюсь в сторону, чтобы их достать. Сперва — их, потом — нож, который оставил Тимур. Наверное, было бы более удобно встать на ноги, уже после помочь с нарезкой, но я не делаю этого, оказавшись в кольце жарких объятий, лишающих особой свободы передвижения.

— То есть, согласна поехать туда со мной? — доносится вкрадчиво, наряду с прикосновением его губ к моему виску.

Его пальцы медленно ведут по моему левому плечу к ключицам и ниже, вдоль края простыни, в которую я завёрнута. Где-то в закромах сознания мелькает мысль о том, что стоит одеться более подобающим образом к тому моменту, как проснутся близнецы. Но она быстро тает, едва меня награждают новым поцелуем.

— А что, у меня есть другая альтернатива? — хмыкаю запоздало на его вопрос и сама же тянусь к нему навстречу, целуя в уголок губ. — Помнится, кое-кто просто берёт, что хочет, если оно ему действительно необходимо.

Я не собираюсь язвить или возражать, лишь напоминаю о былом, однако на мою реплику Смоленский моментально мрачнеет.

— Я не буду заставлять тебя жить со мной, если ты этого не желаешь, — проговаривает всё также мрачно.